// // Новые подробности по делу о миллиарде «Торэкса»

Новые подробности по делу о миллиарде «Торэкса»

1083

«Группа захвата» Тамары Мухитдиновой

21
В разделе

Часто бывает так, что разрозненные факты не дают общей картины. Только собранные вместе, выстроенные в хронологическом порядке и очищенные от эмоциональной шелухи они позволяют сделать выводы о главных движущих силах очередного скандала.

Нарисуем – будем жить?

Мы уже писали о резонансном деле (см. газету «Наша версия в Саратове» № 41 (616) от 23.10.2017 г.), в результате которого Саратовская область может потерять важнейшего налогоплательщика. Под угрозой исчезновения оказалось ООО «Торэкс» - крупнейший производитель стальных дверей, известный в том числе и за пределами страны. Напомним вкратце суть дела.

В октябре 2015 года из состава учредителей «Торэкса» решает выйти Салават Мухитдинов. Когда известна доля в уставном капитале, высчитать сумму отступных нетрудно. Но тут-то и вышла загвоздка. В «Торэксе» считали, что Мухитдинову положено 200 миллионов рублей, поскольку доля его – 9 процентов. А сам Салават Мифрохетдинович просил 660 миллионов, ссылаясь на то, что его доля – более 30 процентов. Откуда же пошли разногласия?

Долгое время считалось, что учредительные документы на «Торэкс», в том числе роспись долей в уставном капитале, были утеряны более 20 лет назад. Однако у кого какой процент, все и так знали, поскольку ежегодно получали дивиденды – согласно этим самым долям. И тот же Мухитдинов ни разу не возмутился.

А в 2015 году оказалось, что учредительные документы существуют! Вот только на поверку выяснилось, что документы эти – липовые. Многих подписей в них нет вовсе, а большинство других подделаны, как потом покажет экспертиза, самим Мухитдиновым. Вот там и появились эти 30 с лишним процентов.

Естественно, учредители «Торэкса» И. Седов, С. Иванов и В. Кузнецов обратились с заявлениями о привлечении Мухитдинова к уголовной ответственности за содеянное. И 27 января 2016 года уголовное дело в отношении Мухитдинова было возбуждено.

Без движения

Расследование дела в отношении Салавата Мухитдинова шло своим чередом. Были проведены экспертизы, следователи опросили многих участников тех событий. Материалы дела готовились к передаче для рассмотрения в суд, но тут стали происходить чудеса, давшие повод вспомнить о возможной коррупционной составляющей, способной влиять на решения высоких чинов. Ведь речь идет о сотнях миллионах!

12 декабря прошлого года постановлением начальника ГСУ ГУ МВД России по Саратовской области Бойко А.В. уголовное дело было изъято и передано для производства дальнейшего расследования в СЧ ГСУ ГУ МВД России по Саратовской области. Через пять дней уголовное дело принимает к своему производству старший следователь СЧ ГСУ ГУ МВД России по Саратовской области майор юстиции Воробьева Е.В. Далее начальник СЧ ГСУ ГУ МВД России по Саратовской области Овсянников Е.М. отменяет постановления следователя Тимченко, а Воробьева выносит постановление о прекращении уголовного дела в отношении Мухитдинова «в связи с отсутствием события преступления».

После этого прокуратура раз за разом отменяет постановление Воробьевой о прекращении уголовного дела, а та дублирует свой же отказ. И длится этот «футбол» уж скоро год.

Как уверяют представители «Торэкса», никаких дополнительных следственных действий Воробьева с момента получения дела не произвела. То есть довольствовалась теми материалами, которые уже были в деле.

По теме

Юристы «Торэкса», к слову, пожаловались на процессуальные нарушения (отказ в ознакомлении с делом, отсутствие реакции на предоставленные доказательства) в Следственный Департамент МВД России. Но получили невнятный ответ, что доказательств о мошенничестве Мухитдинова недостаточно. О процессуальных нарушениях – ни слова.

Умножаем на два

3 февраля 2016 года, спустя месяц после возбуждения уголовного дела, Мухитдинов инициировал разбирательство в арбитражном суде. В том же месяце заявитель умирает, а судиться с «Торэксом» продолжает его жена Тамара.

Заседание Арбитражного суда состоялось 23 августа 2017 года. Полной неожиданностью для руководства «Торэкса» стало оглашение экспертизы, проведенной в городе Пензе неким ООО «Бриз». По словам представителей «Торэкса», эта фирма по своему же уставу не имеет права проводить экспертизу, а ее директор даже не знает отчества своих двух сотрудников.

Совсем уж странным выглядит и привлечение «Бризом» к проведению экспертизы преподавателя института Инны Поповой. Многие из ее предыдущих экспертиз разбивались впоследствии как апелляционными, так и кассационными судами. Проводя экспертизу стоимости активов «Торэкса», Попова тоже много чудила. В результате очевидного завышения стоимости квадратных метров, оборудования и пр., стоимость активов увеличилась вдвое. По мнению руководства «Торэкса», - совершенно необоснованно.

Юристы «Торэкса» представили суду три рецензии на экспертизу Поповой от волгоградской экспертной организации и двух саратовских. Разбивающие доводы пензенской дамы в пух и прах. Но судья Михайлова просто брала их и откладывала в сторону.

Интересно, что Тамара Мухитдинова с результатами экспертизы Поповой, по всей видимости, ознакомилась одной из первых. По крайней мере, к заседанию она была готова и увеличила требуемую от «Торэкса» сумму с 660 миллионов до миллиарда с лишним. Вместе с тем представителей «Торэкса» о результатах экспертизы никто в известность не поставил.

В итоге судья Михайлова признала экспертизу Поповой действительной и обязала «Торэкс» вместо 660 миллионов рублей выплатить Мухитдиновой 1 миллиард 34 миллиона рублей, плюс штрафные санкции. Общая сумма – 1 миллиард 180 миллионов рублей.

Мирошинские аппетиты

Когда узнаешь о фигурирующих суммах, то, в общем-то, уже не удивляешься тому, что на разных этапах дела возникают какие-то странные личности. Вроде экс-вице-губернатора Александра Мирошина, который давно уже подвизается на юридической ниве.

Сначала от него в «Торэкс» заявилась некая Ольга Харзова, адвокат. Представилась, как специалист по арбитражным делам. И предложила свои услуги.

Договор с ней не подписали, но она уже начала работу с судом. И через какое-то время заявляет, что ее компаньон Александр Мирошин тоже хочет участвовать в деле.

Состоялась встреча Мирошина с руководством «Торэкса», где, по словам основателя предприятия Игоря Седова, Александр Константинович затребовал колоссальную сумму за свои услуги. И, естественно, получил отказ. Ибо у «Торэкса» есть свои юристы.

Харзова продолжила работу, без договора представляя интересы предприятия в суде. Но начала постоянно жаловаться на то, что Мирошин мешает ей работать и вроде бы даже угрожает какими-то своими чеченскими друзьями…

Позднее выяснится, что Харзова заключила договор с Мухитдиновой. Это к тому, что история про засланного казачка (казачки) актуальна и в наши дни.

На протяжении длительного времени начальнику юридического отдела Емелину В. постоянно звонит некий соратник Мирошина А., Ульянов С. то предлагает мировую на 800 миллионов, то сообщает, что некие банки готовы выкупить долю Мухитдиновой, в том числе и Московская кавказская структура.

Кому выгодно

Игорь Седов не сомневается, что за всеми «чудесами» стоит Тамара Мухитдинова. Собственно с Игорем Васильевичем трудно не согласиться. Что мы имеем? По большому счету, дело о миллиарде в действительности должно было стать лишь делом о фальшивках и мошенничестве. На то есть масса заключений почерковедческих экспертиз, которые следственными органами почему-то игнорируются. А когда есть такая возможность – игнорировать, сразу возникает вопрос: кому это выгодно? Полагаем, что Тамаре Мухитдиновой.

По теме

Представителям «Торэкса» на протяжении многих месяцев не дают ознакомиться с материалами дела. Кому это на руку? Да, похоже, той же Мухитдиновой.

Действия арбитражного суда, когда экспертизу заказывают фирме с сомнительной репутацией, в результате чего сумма активов «Торэкса» возрастает вдвое, и также вдвое увеличивается сумма требуемых истцом отступных, тоже укладываются в схему, при которой в выигрыше остается Мухитдинова. А на что списать нежелание судьи Михайловой рассматривать рецензии настоящих экспертов на «работу» Поповой?

Мирошин и компания, возможно, действуют в первую очередь в своих личных интересах. Но явно на стороне Мухитдиновой. Нельзя исключать, что идея увеличить исковые требования к «Торэксу» вдвое, пришла в голову именно Мирошину. Ну, зная истинный масштаб этой личности…

Наконец, самое главное – протокол № 3 общего собрания участников ТОО «Торэкс», которого, по словам Седова, никогда не существовало и в котором совершенно другое распределение долей, отсутствовал на протяжении 22 лет. Он не был зарегистрирован ни в одном органе. Новая версия протокола № 3 была представлена следствию супругой Салавата Мухитдинова. Выходит, документ все время находился в семье Мухитдиновых.

У Седова сложилось мнение, что «Торэкс» в лице Тамары Мухитдиновой и ее окружения столкнулся с очень опытными дельцами, знающими в судебной и правоохранительной системе все ходы и выходы. Очень уж ловко все у них выходит. Здесь придержали, там не дают хода, тут не дают ознакомиться...

И все же не хочется верить, что в дележе миллиарда «Торэкса» участвуют полицейские, судьи, юристы и просто какие-то проходимцы. Игорь Седов искренне надеется, что справедливость в нашем мире существует. Подождем 31 октября, когда пройдет апелляционный суд, и тогда уж будем знать это наверняка.

В распоряжении редакции есть все документы, имеющие отношение к процессу:

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 30.10.2017 11:34
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Наверх